Средства подводной связи: краткий обзор | ТЕХНОЛОГИИ, ИНЖИНИРИНГ, ИННОВАЦИИ

Как работает радио iva s/w под водой

В состав подводного радиокомплекса IVA S/W входит цифровой приемопередатчик, гидроакустическая и электромагнитная антенны, контроллеры управления связью и подводная гарнитура связи, встраиваемая в полнолицевую маску.

Радиокомплекс IVA S/W предназначен для голосовой связи и передачи данных как в морской и пресной воде, так и через границу раздела сред (вода–воздух). Габариты комплекса составляют всего 500 х 500 х 100 мм при весе порядка 4 кг, так что все модули комплекса с соединительными проводами размещаются на акваланге, не создавая помех для движения водолаза в воде.

Время автономной работы комплекса IVA S/W составляет 8 часов. Дополнительно для сопровождения группы водолазов с поверхности может использоваться вариант радиокомплекса, оснащенный надводной гарнитурой связи.

Модели возможного применения комплекса связи IVA S/W

Сочетание гидроакустической и электромагнитной систем связи обеспечивает комплексу возможность обхода препятствий (водоросли, природные и искусственные преграды). «Применение принципа электромагнитной связи в нашем случае заключается в передаче информации с помощью магнитной составляющей электромагнитной волны, – рассказал CNews Сергей Черных.

– Как известно, вода, воздух, лед, каменные горные породы – все это немагнитные субстанции. Проходя через них, магнитное поле не видит существенной разницы между ними. Именно за счет этого свойства возможна организация связи через границу раздела сред (воздух-вода и наоборот), в том числе, через ледовый покров, а также через препятствия – например, подводные рифы».

Радиокомплекс IVA S/W был разработан для проведения исследований шельфа и разведки новых месторождений полезных ископаемых под водой, в том числе, в бассейне Арктики. Он может применяться для мониторинга ситуации в прибрежных зонах, проведения ремонтов и техобслуживания стационарных подводных сооружений, профилактики и предотвращения чрезвычайных ситуаций в акваториях нефте- и газодобычи.

Как пояснил CNews Сергей Черных, радиокомплекс для подводной связи, разработанный IVA Technologies, включает электромагнитную антенну, то есть, по факту под водой производится именно радиосвязь, и подобных устройств в мире действительно нет.

На вопрос CNews о том, есть ли конкуренты у радиокомплекса IVA S/W, Сергей Черных пояснил, что разработанная в IVA Technologies система подводной радиосвязи не имеет аналогов, но вместе с тем ее конкурентами являются традиционные гидроакустические системы связи, имеющие только гидроакустическую антенну со всеми вытекающими плюсами и минусами гидроакустики.

«Мы же предлагаем комплексное решение, объединяющее в себе оба типа связи, максимизирующее плюсы и минимизирующее минусы каждого из них с целью достижения главной задачи — обеспечения качественной связи водолазов между собой и с поверхностью независимо от окружающей их обстановки», — отметил Сергей Черных.

Некоторые факты о «хайтэке» и iva technologies

Направление по разработке телекоммуникационного оборудования под брендом IVA Technologies было открыто в компании «Хайтэк» в 2022 г. На сегодняшний день под ним осуществляется выпуск продуктовых линеек, включающих платформу для видеоконференцийIVA MCU, IP-телефоны IVA, мобильный радиокомплекс беспроводной подводной связи IVA S/W, систему автоматического распознавания лиц IVA CV.

В IVA Technologies также ведутся разработки отечественных процессорных решений. Как ранее сообщал CNews, уже в I квартале 2021 г. компания намерена выпустить первые образцы чипов на базе процессорной архитектуры IVA TPU.

Ожидается, что первые разновидности «систем на кристалле» IVA Technologies будут использоваться на отладочных платах для встраиваемых систем и серверного применения. Кроме того, на базе микропроцессоров разрабатывается несколько реализаций модулей, которые будут непосредственно применяться в электронных устройствах заказчиков.

Группа компаний «Хайтэк» также специализируется на поставке и внедрении решений в сфере информационной безопасности, телекоммуникаций, проектирования инженерных систем и объектов ИТ-инфраструктуры.

Соучредителями ООО «Хайтэк», зарегистрированного 21 ноября 2022 г., по данным выписки из ЕГРЮЛ, являются Адам Безиев, Юрий Месропов и Ольга Ильягуева с долями по 30% у каждого, а также Сергей Черных с долей в 10%.

По данным «Контур.фокус», за компанией числится 124 госконтракта на общую сумму в 1 млрд руб. Среди заказчиков — МВД, Минфин, «Транстелеком», ФАС, МЧС, ракетно-космический центр «Прогресс», Корпорация по организации воздушного движения в России, «РТ-информ», «Гринатом», Росэлектроника и др.

В апреля 2020 г. CNews выяснил, что «Хайтэк» в течение трех лет создаст и запустит в серийное производство собственную программно-аппаратную платформу связи корпоративного уровня — конкурента Cisco и Avaya, потратив на это немногим более 1 млрд руб.

Преодолеть ла-манш: неизведанные сложности доставки первых подводных сообщений

Мы стараемся поддерживать устремленность в развитии технологий будущего, но иногда стоит оглянуться назад — на инновации прошлого. Мы с Вами живем в удивительном и волшебном мире, сейчас не составляет труда поговорить с собеседником через океан или даже устроить видеоконференцию, но большинство из нас до сих пор не осознает, какие невероятные сложности нужно было преодолеть, чтоб сделать такое общение возможным.

С открытием телеграфной связи и прокладкой первых наземных телеграфных кабелей воображение человека неизменно развивало эту идею, ведь по сути королева Виктория, вступившая на трон в 1837-м году, располагала средствами общения с отдаленными частями своей империи не более быстрыми, чем те, которыми располагал Юлий Цезарь.

Мало кому известно, но первая попытка использовать подводный кабель для телеграфного общения принадлежит Зёммерингу (Samuel T. von Soemmering), в 1811-м году он совершил прокладку через реку Изар, что возле Мюнхена, и провел испытания, которые показали всю важность и сложность изготовления хорошей изоляции.

Годом позднее в России Павел Шиллинг успешно использовал еще не телеграфный, но подводный кабель для подрыва с берега снабженных электрическим запалом морских мин. В 1839-м году доктор О’Шонесси, возглавлявший Восточно-Индийскую телеграфную компанию, завершил прокладку телеграфного кабеля по дну реки Хугли, расположенной неподалёку от Калькутты.

Успешным был проект или нет — к сожалению, сейчас невозможно узнать, с того времени не сохранилось каких-либо записей. Но уже тогда стремительно развивались идея телеграфной коннективности между различными регионами, отделенных морями, и даже океанами.

Так, в 1840-м году английским профессором Уитсоном на рассмотрение Палаты Общин был представлен проект телеграфного кабеля между английским Дувром и Францией. Это был первый серьезный проект такого рода, заслуживающий внимания, Уитсон даже провел тесты между судном и маяком в заливе Суонси (Южный Уэльс), однако идея не получила законодательной поддержки и, соответственно, денежных средств, в парламенте к ней отнеслись, как к несбыточной фантазии.

Только почти через десятилетие после этого началась прокладка телеграфного кабеля под Ла-Маншем, новообразованная телеграфная компания братьев Джейкоба и Джона Бреттов (бывшего антиквара, накопившего солидное состояние в этом деле и далекого от телеграфии), получив поддержку французского правительства и деловых кругов, решила использовать одножильный медный кабель в гуттаперче для того, чтобы связать телеграфным сообщением Англию и Францию.

Был подписан контракт с компанией «Гутта-Перча» на изготовление кабеля и, как это часто бывает с новыми проектами, был не учтен ряд вопросов и проблем, о существовании которых в то время даже не догадывались. Помимо прочего, очень сильно поджимали сроки, нужно было завершить проект к 1-му сентября 1850-го года — менее, чем за 15 месяцев, иначе компанию ожидало бы банкротство из-за невыполнения соглашений с инвесторами.

Из-за примитивности кабеля многим в то время его работа под водой казалась маловероятной, что, в принципе, было недалеко от истины. Однако, его и не пытались сделать прочным, ведь кабель будет спокойно лежать на дне пролива, где с ним ничего не может случиться. Свинцовыми трубами, чтобы защитить кабель от случайных повреждений, решили защитить только выходящие на берег концы.

Скептики изо всех сил пытались омрачить радость предпринимателей, а наиболее активными были те, кто меньше всего разбирался в особенностях данного проекта. Увидев уже подготовленный к прокладке кабель, один джентельмен сказал: «Эти люди не в своем уме: как можно подергивать такой длинный и толстый провод, если он к тому же лежит еще и на неровном морском дне», так как он был искренне убежден, что сигналы с одного берега на другой будут передаваться, как в домах вельмож (подергиванием провода, когда надо вызвать кого-нибудь из челяди).

За 3 дня до окончания сроков, 28-го августа 1850-го года, 40-километровый кабель был доставлен на борт парового буксировщика «Голиаф» в катушке диаметром 2 метра и длиной свыше 5 метров, занявшей практически всю палубу. Началась укладка кабеля. И сразу же проблема… Кабель, защищенный гуттаперчей, был слишком плавуч и никак не хотел тонуть, приходилось через каждые 100 метров делать остановки и вешать свинцовые грузила, что значительно замедляло продвижение.

Тем не менее, мыс Гри-Не на французской стороне был достигнут в тот же день, и кабель сразу же подключили к приемному телеграфному аппарату. Все замерли в ожидании… Но вместо сообщения приветствия были получены лишь несвязные сигналы с английской стороны, казалось, что англичане слишком рано отпраздновали установление линии связи.

К сожалению, все последующие попытки принять сколь-нибудь связные сигналы оказались безуспешны, Бретты даже не подозревали, что столкнулись с явлением, которое долгие годы оставалось загадкой. Находясь в среде с высокой проводимостью, кабель меняет свои токопроводящие свойства, говоря популярным языком, сигналы начинают двигаться по нему с неодинаковой скоростью, зависящей от продолжительности сигнала, «точки» начинают двигаться быстрее и настигают последующие «тире».

К тому же, на следующий день какие-либо сигналы исчезли. Как оказалось, французский рыбак зацепил кабель якорем, и за счет того, что он был легким, без труда поднял его на борт, необычный вид водоросли с блестящими прожилками его впечатлил настолько, что он решил отрезать часть на всякий случай и посоветоваться с друзьями, узнать, не золото ли это… Так началась война между владельцами кабелей и судовладельцами, наносящими значительный урон дрейфующими якорями и рыболовецкими тралами.

Читайте про операторов:  Мобильная связь и интернет в Цюрихе, виды операторов

Кабель 1850-го года продемонстрировал возможность телеграфной связи через пролив и Бретты, обратившись к Томмасу Кремптону, известному проектанту телеграфных кабелей, попросили его сконструировать новый кабель для этой задачи. Помимо прочего им удалось от него получить около половины суммы на реализацию проекта — 15 000 фунтов стерлингов.

Новый кабель существенно отличался от предыдущего, это был уже 4-х жильный медный кабель с диаметром жилы 1,5 мм и 2,5 мм слоем гуттаперчи вокруг. Жилы скручивались и обматывались просмоленными волокнами из стеблей конопли, а снаружи кабель покрывался «стальной броней» из 10 проволок, закрученных по спирали.

25-го сентября 1851-го года кабель был проложен, но не без сложностей, большой вес чуть не погубил проект, так как кабель стремительно устремлялся за борт, к тому же судно из-за ветра несколько отклонилось от курса и кабель закончился за пару километров до цели, ситуацию спасла запасная катушка.

Средства подводной связи: краткий обзор | ТЕХНОЛОГИИ, ИНЖИНИРИНГ, ИННОВАЦИИ

В последующие годы обнаруживается чрезвычайно бурная деятельность в прокладке подводных линий связи, к людям приходит понимание того, что быстрая связь может оказаться полезной и в разрешении конфликтов, хорошим примером может стать кабель в Черном море, который был проложен по причине Крымской войны.

Это был одножильный кабель, но он проработал уже порядка года. Только за 2 года компания «Гутта-Перча» поставила свыше 2500 км кабеля, Англия получила связь с Нидерландами и Ирландией, а Корсика с Сардинией и Италией. Была даже попытка построить подводную линию связи между Корсикой и Алжиром, но большие глубины не позволили осуществить этот проект.

Соединим континенты: связь через атлантику

Телеграфная связь обрела популярность, но океан по-прежнему оставался непреодолимой преградой. Доставка сообщений из Старого Света в Новый по-прежнему занимала огромное время. Английский инженер Фредерик Ньютон Гизборн, проживающий в Новой Шотландии, в 1850-м году решил соединить подводным кабелем Новую Шотландию с Ньюфаундлендом, чтобы на 2 дня сократить время доставки сообщений между Англией и Америкой.

К сожалению, его проект не получил достаточного финансирования, и в 1853-м году его компания обанкротилась. Но этот проект стал толчком к реализации новой идеи, намного более смелой, о которой никто ранее всерьез не задумывался. Хотя знаменитый Сэмюел Морзе и предсказывал более десятилетия назад, что когда-то станет возможным организовать телеграфную связь между Англией и Америкой, реальные попытки реализации предприняты не были, мало кто верил в возможность подобного, маловероятным представлялось получение средств под такой проект.

Но судьба свела Гизборна с бизнесменном Сайрусом Филдом в Нью-Йорке, Гизборн просил средств для завершения строительства, Филд вежливо выслушал и не дал никаких обещаний, но, оставшись один, осознал, что рассматривает глобус. То, что сказал Гизборн, произвело неизгладимое впечатление на него и оставило свой след, Ньюфаундленд был лишь одной точкой на пути к более грандиозному проекту!

Ведь зачем месяцами ждать сообщений, доставляемых пароходами, чтобы узнать новости, если можно получать информацию значительно быстрее при помощи телеграфа? Преодолеть эту огромную пропасть, разделяющую два мира, решил Филд, соединить американскую телеграфную систему с европейской.

Уже на следующий день Филд написал письма Морзе и лейтенанту Мори, одному из основоположников океанографии, с вопросом о том, что требуется для реализации подобного проекта. К счастью для Филда, Морзе как раз тестировал в Англии возможность передачи телеграфного сигнала на большие расстояния, для чего ему потребовалось заключить в единую цепь 10 отрезков телеграфной сети между Лондоном и Бирмингемом, получив участок протяженность 3200 км, что примерно соответствовало длине будущего трансатлантического кабеля.

Морзе сумел передать до 200 сигналов в минуту по этой линиии связи, что было очень хорошим результатом. Затем Филд посетил Мори, который поведал ему об обнаруженном океаническом плато между Ньюфаундлендом и Ирландией, как будто специально созданном для того, чтобы по нему проложили кабель, ведь там не наблюдалось больших перепадов глубин, и глубины не превышали 4500 метров.

Окрыленный хорошими новостями, Филд начал искать поддержку в деловых и правительственных кругах, в 1854-м году он принял дела обанкротившейся Телеграфной компании и выплатил все долги в обмен на монопольное право сроком 50 лет на эксплуатацию и постройку телеграфных линий через Лабрадор и Ньюфаундленд.

По возвращению в Нью-Йорк, несмотря на ранее утро, в 6 утра Филд собрал всех инвесторов и поручителей для того, чтобы те подписали обязательства на сумму 1 250 000 долларов по этому проекту, так была основана «Нью-Йорско Ньюфаундлендская и Лондонская Телеграфная Компания».

1. Peter Cooper (President). 2. David D. Field. 3. Chandler White (Secretary). 4. Marshall O. Roberts. 5. Samuel F.B. Morse (Vice President). 6. Daniel Huntington. 7. Moses Taylor (Treasurer). 8. Cyrus W. Field. 9. Wilson G. Hunt.

Однако, прежде чем первая часть названия обрела реальное значение, потребовалось 2,5 года. Первая прокладка кабеля через залив Святого Лаврентия оказалась неудачной и кабель затонул, пришлось делать все заново и только в 1856-м году линия была введена в эксплуатацию.

Теперь предстояло начать второй, более сложный этап, для которого уже требовалась поддержка и британского правительства. На удивление, доказательства, которые представили эксперты Сайруса, были настолько убедительны, что проект Филда не только не встретил сопротивления, но даже вызвал неподдельный интерес.

Тем не менее, вопросы были: министр иностранных дел Лорд Кларендон поинтересовался у Филда: «Если Ваша затея потерпит неудачу и Ваш кабель пропадет на дне океана, что Вы будете делать тогда? Ведь выделенные Вам средства и ожидаемая от проекта выгода будут безвозвратно утеряны!

», на что Филд ответил пророческими в каком-то смысле словами «Мы вновь возьмемся за работу и начнем все сначала». В итоге Филд получил субсидию от британского правительства в размере £14000 в год, что эквивалентно в наше время сумме около £150000, а также корабль, который можно было бы использовать в процессе укладки.

12 ноября 1856-го года в Ливерпуле состоялось первое заседание Атлантической телеграфной компании, где Филд, талантливый инженер Брайт и уже известный Вам по прокладке телеграфного кабеля под Ла-Маншем Бретт определили коммерческую стоимость проекта — £350000.

Удивительно, но Америка так не считала — инвесторы с родины выделили всего лишь £27000, а некоторые были вовсе скептически и отрицательно настроены; к примеру Торо за 2 года до описываемых событий сказал:

«Мы спешим объединить телеграфной связью Мэн с Техасом, но может случиться так, что когда мы это сделаем — нечего будет друг другу сказать. Мы надрываемся, чтобы воплотить идею трансатлантической связи в жизнь, но я не удивлюсь, если первой вестью, которая будет передана новым способом связи, станет уведомление о том, что у принцессы Аделаиды коклюш».

С английским правительством, со слов Сайруса, было гораздо проще договориться, нежели с американским, некоторые конгрессмены выступали решительно против того, чтобы выделять из бюджета страны порядка 70 000 долларов ежегодно на поддержание связи с Англией, к тому же оба конца кабеля находились бы на подконтрольной Британии территории и в случае войны весь кабель бы оказался в руках врага:

«Я не хочу ничего иметь общего ни с Англией, ни с англичанами, все знают, что если англичане чем-то заинтересуются — жди подвоха, причем непременно придется страдать невинным американцам», — так высказывались некоторые из сенаторов.

Тем не менее, проект получил одобрение, однако большая часть средств была предоставлена британскими компаниями и собрана Филдом лично.

В феврале 1857-го года, собрав все необходимые сведения по спецификации проекта, Сайрус приступил к изготовлению кабеля, поручив это английским компаниям Glass Elliot & Co из Гринвича и R.S.Newall & Co из Ливерпуля.

Было проведено множество расчетов, но многое было не учтено. Проектантам приходилось выслушивать множество идей и предложений от общественности, например, предлагалось подвесить кабель посреди океанских глубин на специальных подводных шарах, наполненных воздухом, или протянуть по поверхности между плавучими станциями, чтобы корабли имели возможность подключиться и передать сообщение.

К тому же, в то время люди не знали, что вода несжимаема и многие полагали, что кабель может не достигнуть дна и зависнет на определенной глубине, где его вес будет уравновешен плотностью воды. Были и вовсе пессимистические суждения, так, королевский астроном сэр Эйри полагал, что кабель погрузить на такую огромную глубину математически невозможно и сигналы к тому же на такой глубине попросту не смогут продвигаться.

Увы, даже в образованной среде, мало кто имел представление об электричестве. Тем не менее, игнорировать подобные предложения было невозможно, ведь мог упасть интерес общественности к делу, а значит и финансовая поддержка. Приходилось отвечать на подобную чушь «Ваше замечание несомненно заслуживает внимания, но все же требует дальнейшей проверки».

Немаловажную роль в проекте сыграл лорд Кельвин (Вильям Томсон), он еще до Морзе проводил эксперименты с передачей телеграфных сигналов на большие расстояния, определил скорость передачи сигнала, которая оказалась значительно меньше скорости света и зависела от емкости проводника.

Это не играло существенной роли, когда кабель находился на поверхности, его емкость очень мала, но вот погруженная в воду линия связи за счет проникновения воды через защитные слои значительно увеличивала свою емкость. В результате Кельвин открыл так называемый закон квадратов, согласно которому, скорость распространения сигнала уменьшается обратно пропорционально расстоянию, то есть при увеличении длины линии связи в 10 раз скорость падает в 100 раз.

Это открытие имело исключительно важное значение для подводного телеграфирования на большие расстояния — нужно было рассчитать оптимальный диаметр токопроводящей жилы, чтобы обеспечить передачу с нужной скоростью, но Филд, как и Морзе, не послушались Томсона, так как очень спешили.

Читайте про операторов:  Тарифы Водафон на Украине на 2022 год - список

Будучи лишь одним из директоров телеграфной компании, Томсон не смог настоять на проведении необходимых испытаний, и ему лишь осталось контролировать процесс изготовления кабеля, проектная документация по которому уже была сдана в работу. В процессе изготовления Томсон обнаружил, что не все секции кабеля сделаны из однородной меди, что меняло токопроводящие свойства более, чем в 2 раза, он сообщил об этой проблеме и хотя бы здесь смог внести «улучшения», так как последующее изготовление проводилось уже из однородного материала.

Через 6 месяцев кабель был готов. Общий вес изготовленного 7-ми жильного медного кабеля, покрытого просмоленными волокнами конопли и слоем гуттаперчи, а также защитной оболочкой из 18 шнуров, 7 проволок в каждом, при длине порядка 4000 км, составил 3000 тонн, 620 кг на километр. На изготовление кабеля было затрачено свыше 30 000 км медной и 50 000 км стальной проволоки.

Большой вес кабеля поставил новую проблему. В то время не существовало кораблей, способных транспонировать такой вес, кабель пришлось распределить между 2-мя военными кораблями: парусно-паровым линкором «HMS Agamemnon» и пароходофрегатом «USS Niagara», которые были предоставлены для проведения работ по укладке американским и британским правительствами.

Руководить укладкой должен был Эдвард Уайтхауз, который давно увлекся телеграфией и неплохо разбирался в ней, хотя и был хирургом по профессии. В будущем он сыграл отрицательную роль в проекте, так как не умел признавать своих ошибок. В последний момент перед отплытием он сослался на плохое самочувствие, и в итоге руководить укладкой пришлось Томсону.

5 августа 1857-го года Агаммемнон и Ниагара начали свой путь через океан от бухты Валенсии из-под замка Бэлликэрбери, что в графстве Керри на юго-западном побережье Ирландии. В начале кабель прокладывать должен был американский Ниагара, а на половине пути, спаяв концы, бронь которых оказалась выполненной в противоположных направлениях, что также породило сложности, к работе должен был приступить английский Агамемнон.

В этом плане было преимущество, так как обеспечивалась непрерывная связь с землей. Но в первый же день экспедиции кабель оборвался всего в 10 км от берега, когда его заело в вытравляющим механизме, и пришлось начинать все сначала, замедлив ход до 2-х узлов и проводя укладку более осторожно.

Вскоре Лондонская «Time» сообщала:

«С «Ниагарой» по кабелю, который она тянет в Америку, поддерживается непрерывная связь. За счет неровностей дна вытравливание кабеля за борт проходит со скоростью, несколько большей, нежели скорость самого судна, и на текущий момент удалось проложить порядка 370 км линии связи.

Но счастье длилось недолго, на следующий день связь неожиданно прекратилась, а потом позднее таким же удивительным образом появилась, были ли неисправности в кабеле или приемо/передающих устройствах — сейчас сложно определить. В любом случае, катастрофа случилась на следующий день.

Из-за больших глубин скорость вытравливания кабеля составляла порядка 6 узлов, при скорости движения судна 4 узла. Было непонятно, ложится ли кабель ровно или скручивается в бухты, не слишком ли велико натяжение кабеля, что грозило либо нехваткой кабеля, либо его обрывом.

В результате приняли решение снизить скорость вытравливания, тормозные колодки поджали, но сделали это слишком резко, и кабель оборвался. 620 км дорогостоящего кабеля были потеряны и ничего не оставалось, как отложить операцию на год, так как имеющегося кабеля было недостаточно для завершения построения линии связи.

Тем не менее, это был удачный опыт, так как он показал, что проект может быть осуществим, телеграф работал несмотря на то, что кабель был проложен почти на 4-х километровой глубине. Инженеры пересмотрели конструкцию вытравливающего механизма и сделали модификацию, при которой тормоз ослабевал, если натяжение становилось слишком сильным.

А Томсон продолжил опыты и обнаружил, что когда к одному концу прикладывается импульс («точка» или «тире»), то на другом конце он наблюдается не в виде мгновенного повышения напряжения, а в виде плавно поднимающейся волны, что можно сравнить с прорывом дамбы, когда возможно догадаться о прорыве по подъему уровня воды в реке (небольшой предварительной волне, первоначальном импульсе) еще до прихода основной волны.

Получается, что регистрируя первоначальный импульс и используя для этого более чувствительное оборудование, можно не дожидаться прихода самого импульса, что позволит избежать лишних искажений и увеличит скорость передачи. Однако Уайтхауз решил пойти по другому пути — усилить импульс, чтобы его могло регистрировать даже менее совершенное оборудование, такое, как его собственная разработка, что имело в будущем серьезные последствия и еще раз подтверждало тот факт, что его способность делать не то, что нужно, просто исключительна.

Следующая попытка проложить трансатлантический кабель была предпринята весной 1858-го года, Уайтхауз, как и в прошлый раз, сослался на плохое здоровье и не пошел в экспедицию, его обязанности довелось опять выполнять Томсону. По настоянию инженеров, в этот раз прокладка должна быть начата с середины океана.

Соединив концы кабелей, судна двигались бы в противоположных направлениях. Но не прошло и двух суток с момента отплытия от берегов Англии, как разыгрался сильнейший шторм из когда-либо зарегистрированных в Атлантике. «Агаммемнон», имеющий порядка 1300 тонн кабеля в трюмах (тенксах)

и еще около 250 тонн на палубе, оказался в особо тяжком положении и практически потерял устойчивость, крен превышал 45 градусов, порой реи корабельных мачт касались воды и был слышен жутчайший треск, корабль чудом вздымался на гребень огромных волн и не уходил в пучину.

Точка начала прокладки была достигнута 26-го июня, кабели были спаяны и «Агаммемнон» взял курс на восток, а «Ниагара» на запад. Не успела „Ниагара“ пройти 5км, как случился обрыв. Кораблям, которые поддерживали телеграфную связь между собой, пришлось вернуться к точке старта и начинать все сначала, благо, было утеряно совсем немного кабеля.

На следующий день, находясь на удалении 150 км друг от друга, корабли снова потеряли связь. Вновь пришлось возвратиться к точке отплытия, чтобы узнать, что случилось. Удивительно, но в этот раз причиной стал разрыв кабеля уже на дне океана. Третья попытка завершилась прокладкой 370 км кабеля — когда обрыв произошел уже на «Агаммемноне», кораблям не осталось ничего другого, как вернуться в ирландский порт для пополнения запасов и обсуждения сложившегося положения.

Некоторые из директоров компании утратили всякую веру в успешность дела и предлагали вовсе отказаться от проекта, продав остатки кабеля, но, не найдя поддержки ушли в отставку, испытывая глубокое отвращение к телеграфному делу. Но Томсон и Филд не сдавались и уже 29-го июля прокладка кабеля была возобновлена.

Когда в 4-й раз корабли начали удаляться друг от друга, никто не верил в успешность дела, но все надеялись. Стоит отметить, что на«Ниагаре» не было корреспондентов, которые освещали столь значимое событие, так как на американском флоте была стойкая традиция не допускать журналистов на борт, но они и не поведали бы ничего интересного, прокладка была довольно рутинной. А вот на «Агаммемноне» не обошлось без приключений, рассказывает один из журналистов:

«В один из дней операция оказалась под угрозой срыва из-за кита, кит двигался прямиком на кабель, в последний момент он поднырнул под кабель и прошел мимо, но это был не единственный стресс. В другой день во время сильнейшего волнения просто пропала связь, на Филда было жалко смотреть, вены на лбу набухли, он весь побледнел и пытался выяснить в чем причина, больше всего все тогда боялись обрыва.

Закончив анализ данных с приборов, стало понятно, что есть шанс оживить кабель, и, вероятно, повреждена только проводящая часть, изоляция осталась целой, обрыва не было. Прокладку продолжили в надежде на то, что удастся оживить кабель, и через некоторое время, к всеобщему удивлению, связь была возобновлена.

Тем не менее, спокойствия полного не было, кабель в огромных волнах был лишь тонкой «серебристой нитью», которая могла оборваться в любой момент, а продолжавшаяся непогода вызывала чрезмерный расход угля, что также угрожало проекту. Но шторм миновал, хотя и после пришлось поволноваться, в один из дней к кораблю решил подойти американский яхтсмен, вынуждая изменить курс, чтобы избежать столкновения, это несло прямую угрозу кабелю.

Корабль сопровождения был вынужден дать предупредительный залп, чтобы отпугнуть не в меру любопытного американца. Очевидно, он подумал, что мы контрабандисты, либо в очередной раз принял это за оскорбление американского флага, тем не менее, остановился и не совершал попыток приблизиться, пока мы не скрылись из виду».

5 августа «Агаммемнон» успешно достиг бухты Валенсии, а «Ниагара» на день ранее успешно прибыла в бухту «Тринити» в Ньюфаундленд. Кабель был установлен, еще некоторое время заняла настройка аппаратуры, и 16-го августа королева Виктория смогла передать сообщение президенту Бьюкенену, выразив надежду, что «кабель связи создаст дополнительную связь между народами, дружба которых основана на общих интересах и взаимном уважении».

Бьюкенен был гораздо более красноречив «этот триумф более славен, так как гораздо более полезен, чем какая-либо из выигранных битв, пусть Атлантический телеграф, благословленный небесами, несет мир и дружбу родственным народам и станет инструментом для промысла Божьего по проникновению религии, цивилизации, свободы и права во весь мир».

Его многословное сообщение стало настоящей головной болью для операторов: так как передача одного символа занимала в среднем 2 минуты и 5 секунд, потребовалось 17 часов и 40 минут, чтобы передать первое сообщение. Скорость передачи можно было улучшить, но как уже упоминалось, Уайтс выбрал неверный путь и вместо улучшения чувствительности аппаратуры было принято ошибочное решение повысить напряжение в кабеле с 600 до 2000 Вольт — изоляция просто не выдержала, и менее чем через месяц кабель замолчал.

Читайте про операторов:  Как зарегистрировать сим карту Теле2 через интернет

Тем не менее, кабель доказал свою состоятельность: за день до того, как он вышел из строя, Англия передала приказ, отменяющий отправку 62-полка из Новой Шотландии в Индию в связи с окончанием восстания сипаев. Только это одно сообщение сэкономило Англии по меньшей мере 50 000 фунтов, что было равно 7-й части стоимости кабеля.

Однако теперь достать средства на новый кабель оказалось очень затруднительно. Хотя возможность новой прокладки была очевидна, многие опасались инвестировать в это средства в связи с крайней ненадежностью проекта. Но, как заключила комиссия, выполнившая расследование гибели кабеля «Многих неудач можно было бы избежать, если бы вопрос был хорошо исследован заранее».

В новом проекте Филда уже был учтен опыт предыдущего, шансы на успех были гораздо выше. В течение 3-х лет, вплоть до 1864-го года, Сайрус с целью проведения переговоров 31 раз пересек Атлантику. Такая частота путешествий является довольно высокой подвижностью и утомительна даже в наше время, но, к сожалению, ему не удалось получить никакой поддержки у британских и американских инвесторов.

В конечном итоге инвестировать около половины средств решили объединившиеся британские компании «Гутта-Перча» и «Гласе, Эллиот и К°», которые сами пришли к необходимости организации новой линии связи, остальное после этого Филду удалось достать самостоятельно из частного капитала.

В этот раз спешки не было, были исследованы десятки образцов кабеля и отобран лучший вариант для данного проекта. Жила, проводящая ток, стала в 7 раз больше, значительно усилена броня — теперь кабель мог выдержать разрывные нагрузки в 8 тонн, на 5 тонн больше.

Береговые концы общей длинной 55 км были защищены броней еще сильнее. К маю 1865-го года было изготовлено 4200 км кабеля, кабель весил в 2 раза больше предыдущего. Теперь единственным в мире кораблем, который был способен выполнить прокладку, стал знаменитый «Грейт Истерн», вершина корабельного мастерства того времени.

Спроектированный инженером Брюнелем, который первый осознал экономичность больших кораблей для перевозки, он до сих пор считается самым маневренным из когда-либо построенных такого размера кораблей в мире, имея водоизмещение в 32 000 тонн (прошлые «корабли-укладчики» 3000 и 5200 тонн соответственно) он имел длину около 200 метров и ширину в 25 метров. Превзойти его по размерам удалось только Лузитании 48 лет спустя.

История коммерческой эксплуатации «Грейт Истерн» довольно печальна и полна неудач, с самого начала проект стал на удивление убыточным, так как превзошел потребности своего времени. Его спуск на воду занял 82 дня, и компания, занимавшаяся его строительством, просто обанкротилась, судно продали за 20% стоимости, однако уже во время первого пробного рейса погибли люди, лопнувшая труба смертельно обварила матросов, а спустя 2 месяца утонул капитан во время стоянки в Саутгемптоне.

Предубеждения были на столько сильны, что когда судно отправилось в рейс в Нью-Йорк, билеты купило только 46 человек, и это при том, что корабль готов был принять и комфортно разместить 4000! Плавание прошло с изумительной скоростью для того времени, всего лишь за 10,5 дней.

Тем не менее, судно пришлось продать с аукциона, его купила железнодорожная компания всего лишь за 25 000 фунтов, 30-ю часть реальной стоимости, и сразу же предложила взять Сайрусу Филду для прокладки кабеля в аренду с условием, что если кабель будет проложен успешно, Сайрусу не придется платить за аренду ни цента.

В мае 1865-го года кабель был размещен в трех специально оборудованных трюмах — тенксах, на борт погрузилось 500 человек экипажа, причем единственным американцем на борту оказался Сайрус Филд, остальные были англичанами. 23 июля был заведен конец с берега, так как подплывать ближе было рисковано, кабель срастили и началась укладка.

«Не успели проложить и 155 км кабеля, как приборы зафиксировали повреждение. На судне не было устройства для выбирания кабеля, а такая процедура на корме грозила повреждением об винт. Кабель пришлось разрезать, перенести отрезанный конец на носовую часть судна, что довольно затруднительно при длине корабля 210 метров, и уже там с помощью специального подъемного устройства проводить подъем на борт.

Повреждение было найдено и устранено: 5-сантиметровый кусок стальной проволоки был воткнут в середину кабеля, что взволновало многих, так как крайне было похоже на злой умысел. Кабель срастили и возобновили прокладку, но уже менее чем через километр — повторение ситуации, на сей раз оказались виновными приборы, и прокладка была возобновлена.

На четвертый день плавания разыгрался сильнейший шторм, корабли сопровождения отстали, а «Грейт Истерн», невзирая на погоду, даже не сбавив скорость, продолжала прокладку. Казалось, что такой огромный корабль, просто не ощущал непогоды. На седьмой день плавания, уложив уже более 1500 км кабеля, ситуация с проволокой повторилась. Девятнадцать часов ушло на устранение повреждения, и, во избежание повторений, решили выставить вахту.

2 августа, после того, как «Грейт Истерн» проложил около 2400 км кабеля, сигналы с корабля прекратились. Прошли недели, и никто не знал в чем причина, многие полагали, что корабль переломился на огромной океанской волне и затонул. Но Телеграфная компания верила в успех дела и даже заявила о готовности проложить второй кабель. И это заявление полностью оправдало себя.

Но что же случилось на «Грейт Истерн»? Около 6 утра 2-го августа раздался опять скрежет металла, Сайрус Филд, быстро сообразив в чем дело, еще до того, как поврежденная часть устремилась за борт и ситуация повторилась — велел остановить укладку, однако опоздал.

Хотя повреждение и не привело к короткому замыканию, была нарушена спецификация кабеля, с таким повреждением возможно было передавать не более четырех слов в минуту. Опасаясь того, что заказчик не примет проект — приняли решение опять вытравить кабель и устранить повреждение, во время этой процедуры сломался вытравливающий механизм, корабль несколько развернуло и от большого натяжения кабель лопнул, скрывшись на глубине более, чем 3,5 км.

Позднее, в ходе расследования, было обнаружено, что в тенксе осталось большое количество проволоки, отломанной брони с кабеля, которая разрушалась под действием его большого веса в момент трения, в этом и была причина повреждений, злого умысла не было.

Однако экипаж «Грейт Истерн» не хотел сдаваться и дарить кабель океану, несмотря на отсутствие специального оборудования, на протяжении нескольких дней они пытались найти и поднять кабель, и им это удалось. Но к сожалению кабель обрывался при каждой попытке его подъема, увлекая на глубину еще большее количество троса, на котором располагался вылавливающий крюк.

13-го июля следующего года прокладка была начата опять, с кабелем в более совершенной броне и с выбирающим устройством на корме на случай проблемы. Миссия была успешной, уже 27-го июля была начата передача первых коммерческих сообщений и в первый же день работы вложения начали возвращаться, кабель «заработал» более 1000 фунтов.

Через год был поднят и утраченный кабель, всего пришлось совершить более 30 попыток его поиска и подъема и в конечном итоге для того, чтобы победить огромный вес, подъем пришлось провести в 2 этапа, приподнять часть в одном месте над дном, а затем поднять другую.

Теперь, когда работало 2 линии связи, сомнений в перспективности этого вида коммуникации просто не было. 10 лет работ и 5 экспедиций не прошли даром. Был накоплен огромный опыт и наконец-то установлена надежная постоянная связь между Старым Светом и Новым, которая не прерывалась более, чем на 8 часов, никогда.

Впоследствии были доработаны и технические решения, телеграфисты, принимающие телеграммы, были заменены машинами (до этого телеграммы могли приходить в весьма искаженном виде, особенно, когда сообщение передается через несколько телеграфных сетей и какой-то из операторов что-то не «услышит»).

Стало возможным передавать до 4 телеграмм одновременно при помощи переключателя, но одно из самых главных достижений подводного телеграфа — была обнаружена возможность передачи сообщений одновременно в двух направлениях, благодаря чему можно передать до 8 телеграмм одновременно, 400 слов в минуту, в 100 раз больше того, что мог передать первый трансатлантический телеграф.

Совсем скоро сети подводных кабелей опоясали Землю. Только до 1870-го года существовало свыше 17 000 км установленных подводных каналов связи, но полностью построить «пояс вокруг Земли» и преодолеть Тихий океан удалось только к началу 20-го века, в котором возникли еще более сложные задачи для подводной связи, такие, как передача голоса на огромные расстояния и в конечном итоге построение всемирной Интернет-сети.

Задумайтесь, они все еще там, на дне океанов, эти первые подобные кабели. Некоторые из них даже способны работать. И что самое забавное, несмотря на то, что в наше время проводится укладка уже волоконно-оптических линий — методы укладки и защиты до сих пор схожи с теми, которые применялись в 19-м веке.

Кабели остаются покрыты стальной проволокой для защиты и изломы измеряются путем измерения сопротивления металла внутри, чтобы определить длину до того, как кабель сломается. Основное различие заключается в емкости. В то время, как первые подводные кабели могли передать несколько слов в минуту, современные подводные кабели способны передать 84 000 000 000 слов в секунду.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Adblock
detector